Сказки тетушки ФСКН

ŅарКОТварь

ПАДОНАК
Покойся с миром
Тор4People
Регистрация
8 Мар 2011
Сообщения
14,914
Симпатии
365
Адрес
СПб
#1
Автор: Анастасия Кузина

В прошлом году Дмитрий Медведев вручил ФСКН какое-то знамя и сказал: «Итоги работы службы в целом впечатляют: по результатам 2011 года ФСКН изъяла около 47 тонн наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ, а также их прекурсоров (компонентов для изготовления), что практически на треть больше, чем в позапрошлом году».

47 тонн — это какие-то нереальные мешки и вагоны. Это очень много. Пламя от сжигания этих веществ должно было празднично озарять полнеба в течение трех суток. А есть же еще одна цифра: Управление по наркотикам и преступности ООН утверждает, что ежегодно в нашу страну поступает 70 тонн героина. И вот когда рядом встают 47 арестованных тонн и эти 70, то прямо чувствуешь, как становится спокойнее на душе. Ведь побеждаем же! Враг не пройдет, ФСКН не спит.


…Не спит и сочиняет нам сказки…

ФСКН принято любить, потому что только она, дескать, спасает страну от наркотического болота. А кто с этим спорит, тот «звериное мурло наркомафии» (см. последние тезисы Виктора Иванова, директора ФСКН).

Но спорить не надо. Достаточно просто на их собственном сайте внимательно посмотреть, а с чем именно борется наркоконтроль и что из этого получается.

Все на борьбу с ацетоном!

Сейчас будет много цифр, но вы потерпите, потому что они интересные.

Если на сайте ФСКН открыть раздел «Статистика», то сначала в глазах замельтешат все те же поражающие воображение тонны. К примеру, только за первые шесть месяцев 2012 года уже изъято 69 тонн 249 кг «наркотиков и их прекурсоров»!

В 2011 году было 48 871 кг. В 2010-м — 33 419. То есть динамика налицо, тут Медведев точно подметил.

А теперь смотрим подробно. Берем текущий год. И оказывается, что из этой нечеловечески большой кучи в 69 тонн непосредственно наркотиками являются всего… 9! А основная масса задержанного, арестованного и пресеченного — свыше 59 тонн! — это некие прекурсоры.

Такая же картина и в 2011 году: из 48 с лишним тонн на наркотики приходится только 22 тонны. По 1 и 3 тонны приходится на психотропные и сильнодействующие вещества. Остальное — еще 22 тонны! — опять прекурсоры! И недаром в интервью информагентству директор ФСКН Иванов расплывчато называет урожай, собранный его службой, уже не наркотиками, а подконтрольными веществами.

А что такое прекурсоры, которые изымают в таком количестве? Это химикаты, при помощи которых изготавливаются наркотики. Допустим, ангидрид уксусной кислоты для приготовления героина. Но прекурсоры — это и ацетон, и марганцовка. Не можете марганцовку купить в аптеке? Так она теперь злой прекурсор…

Мне юристы говорят: «Ну что ты цепляешься? В функции ФСКН в том числе входит и наздор за прекурсорами». А цепляюсь, потому что не надо валить в одну кучу ацетон и героин и все это гордо именовать изъятыми веществами, прекрасно понимая, что никто особо разбираться не будет. Ведь никому же и в голову не приходит, что речь идет не о героине!

И обратите внимание: в позапрошлом, 2010 году было изъято 28 сиротливых тонн с хвостиком (еще 5 приходится на психотропы и т.д.). Почти в два раза меньше, чем в 2011-м. А все потому, что закон об обороте прекурсоров был принят в 2011 году, и именно с этого года отчетность начала так приятно надуваться. И если взять под контроль еще чего-нибудь объемное, то скоро ФСКН знамена и вымпелы просто ставить будет некуда.

Ну да ладно, мальчики любят хвастаться. Понятно, что 69 тонн выглядят лучше, чем 9. Но давайте теперь посмотрим, какие именно наркотики были изъяты.

А был ли героинчик?

Глава ФСКН объявляет главной наркоугрозой то «спайсы», то дезоморфин, смотря по погоде. Но все-таки в фаворитах давно и прочно стоит героин, он же «афганская наркоугроза», он же «опиумная игла». И вот интересно, сколько мы его поймали.

А вот тут нам сайт ФСКН уже не помощник. Во-первых, статистика дана только за два с половиной года. Дальнейшее тонет во мраке, хотя ФСКН уже 10 лет.

Во-вторых, посмотреть по отдельности, сколько из этих шикарных тонн изъяли конопли, а сколько героина — интересно же! — можно было только в 2010 году. Сейчас можно увидеть только цифры «значительных изъятий по классификации УНП».

Но даже так видно, что впереди с флагом несется конопля. Вот 2010 год: почти 23 тонны конопли на 1322 кг героина. «Значительные» изъятия 2011—2012 годов показывают такой же перекос.

Но это неважно, пусть шифруются, потому что у меня есть гораздо более информативный документ. Это Всемирный доклад по наркотикам, ежегодно выпускаемый Управлением по наркотикам и преступности ООН. Каждая страна обязана предоставлять для него отчет — сколько всего веществ было изъято. Россия предоставляет консолидированные данные: сколько изъяли все правоохранительные органы: ФСБ, МВД, ФСКН и таможня. Так вот, все вместе они изъяли в 2010 году 2637,08 кг героина.

Данных за 2011 год еще нет, но если посмотреть динамику последних лет, то, скорее всего, тоже будет не больше 3 тонн. Но не 9.

На самом деле 1, 2, 3 тонны героина — это очень и очень много. Это результат огромной работы и вполне на уровне европейских стран. Но, к сожалению, и с этим изъятым героином все не очень однозначно.

Дело в том, что для Доклада УНП ООН страна должна указывать чистоту изъятого вещества. Так вот, начиная с 2001 года мы предоставили данные о чистоте только пару раз, в отличие от Штатов, стран Западной Европы и Великобритании.

— Это не просто две с половиной тонны, — говорит известный эксперт по наркополитике, юрист Михаил ГОЛИЧЕНКО, который много лет работал в УНП ООН—Россия и знает всю эту кухню. — Это две с половиной тонны героина неизвестной чистоты. Если смотреть только на цифры, то они вполне адекватны, хотя и немного ниже, чем у зарубежных коллег. Однако важно смотреть не только на цифры, но и подумать над тем, что изымают в России. А с этим в России ситуация весьма туманная, особенно в отношении самых опасных наркотиков, таких как героин, кокаин, дезоморфин, опий. Именно в отношении этих наркотиков в подавляющем большинстве случаев не устанавливается чистота, то есть не устанавливают, сколько в изъятой смеси реальных наркотиков, а сколько — нейтральных примесей.

Согласно данным УНП ООН, РФ потребляет ежегодно 70 тонн афганского героина. И речь идет о героине чистотой не менее 75%. Но по результатам исследования, проведенного совместно УНП ООН и ННЦ наркологии, обычная чистота наркотика, который потребляют наркоманы в России, составляет 5%. Остальное, грубо говоря, мел. Поэтому, когда правоохранительные органы России отчитываются о 3 тоннах изъятого героина в год, реального вещества там в десятки раз меньше.

— А по уголовным делам какая чистота героина обычно проходит?

— А в подавляющем большинстве случаев экспертиза чистоту вообще не устанавливает. То есть мы даже не знаем, что там действительно изымает ФСКН в рамках «значительных изъятий» — чистый героин или смесь 1%. Но и по тем немногим уголовным делам, где экспертиза была проведена качественно, видно, что чистота изымаемого героина крайне низкая. Бывает и 0,6%, как в деле правозащитника Дениса Матвеева.

То есть, если все это посчитать, в год из оборота правоохранительные органы изымают менее 1% ввозимого героина. Иными словами, много шума и пыли, а результат работы стремится к нулю. Не умеем работать по героину? Будем чистить лавочников, книжные магазины, бакалейщиков и пачками сажать потребителей наркотиков. И, конечно, сотрясать воздух заявлениями об «афганской наркоугрозе».

Кроме того, если вы изымаете килограмм чистого героина (75% и выше), ничего не стоит взять 90% себе, остаток разбавить и продолжать уголовное преследование человека (вес-то смеси не изменяется или даже увеличивается). А взятый себе героин запустить в оборот по новой через своих дилеров. Хотите — подкидывайте. Хотите — сделайте наркообщак, как было недавно в Москве.

— В подавляющем большинстве стран Европы, — продолжает Голиченко, — за хранение наркотиков без цели сбыта или даже за сбыт в количествах до 1 грамма не наказывают продолжительным лишением свободы. А в России это норма. Но у нас наркопотребитель вынужден покупать сразу много! У нас не редкость люди с дозой до 3 граммов в день, потому что самого наркотика в том веществе, что они покупают, ничтожно мало.

И одно дело, если за изъятые 3 грамма, в которых только 1% наркотика, человек получает предупреждение с направлением в лечебные службы. Как в Европе. И другое, если за то же самое он получает от 3 до 10 лет лишения свободы, а с 2013 года еще и без права на УДО до отбытия 3/4 срока. При таком уровне наказаний вопрос «за что?» более чем уместен.

Грузите солому бочками!

Вообще, читая документы, которые публикует ФСКН, часто становится неловко. Кузбасское УФСКН гордо отчиталось, что обнаружило на ювелирной выставке два кулона в виде листов конопли. В другом месте задержана зажигалка и арестована партия пряжек для ремней. А в 2010 году в Антинаркотической стратегии чудом не появилась строка о непримиримой борьбе с какими-то нелепыми «цифровыми наркотиками», но никто не купился на такой развод, кроме подростков и сотрудников ФСКН.

Но копейка, что называется, к копейке. И на этом фоне как никогда удачно подвернулись бакалейщики со своим потенциально опасным маком.

Если смотреть Всемирный доклад по наркотикам по годам, то видно, как неуклонно падает российская цифра по героину — с 3—4 тонн в 2003—2005 годах до нынешних 2—2,5. Зато в 2006 году неожиданно появились данные по маковой соломе. Никогда мы по ней не отчитывались. И на тебе. Сразу 2,5 тонны.

Маковая солома как таковая для России наркотик нетипичный. Но отчеты ФСКН многое объясняют: «Сотрудники УФСКН по Татарстану задержали в Московской области грузовик с 2 т маковой соломы, которую преступники под видом пищевого мака планировали доставить в Набережные Челны». Или: «Сотрудниками УФСКН России по Московской области перекрыт канал поставки маковой соломы под видом пищевого мака. Из незаконного оборота изъято более 8 тонн наркотических средств». Вот так раз — и тонн 10 маковой соломы и наберется. Но вот с ней-то и наблюдается натуральный детектив.

При изготовлении наркотика из пищевого мака используют не сами зернышки мака, а примешанные к ним кусочки от маковых коробочек (маковая солома), которые попадают туда при обмолоте. Но сотрудники ФСКН уже лет пять твердо стоят на своем: вовсе не при обмолоте! Это сами продавцы бакалеи подсыпают в чистый мак солому, чтобы потом таким ловким образом спокойно продавать ее наркоманам.

Никто не спорит: наркотик из пакета семян мака приготовить можно. Но не из всякого, а только такого, где примеси соломы много, хотя бы несколько граммов на кг семян. Но у нас сейчас сажают даже за десятые доли одного грамма на килограмм.

Когда семена мака стали предметом судебных дел и экспертиз, Минюст совместно с ФСКН разработал единые «Методические рекомендации» по их исследованию. Но пользоваться этими рекомендациями Минюст и ФСКН стали по-разному. Минюст под своими микроскопами исследовал «естественную примесь маковой соломы» — много ее или мало, можно из нее что-то сварить или нет. То есть опасен этот мак или нет.

ФСКН налетала орлом и во всех своих экспертизах писала: «смесь мака с маковой соломой». И количество ее не интересовало. Нашли 5 граммов на тонну? Всё, это продавец примешал, сажать его. Их даже не интересует: а зачем он примешал эти крохи? Кто это купит?

— А ведь наличие смешения надо доказать, — говорит один из авторов «Методических рекомендаций», зав. лабораторией криминалистической экспертизы материалов, веществ и изделий Центра судебной экспертизы при Минюсте Юрий ВОРОНКОВ. — Надо доказать, что был такой умысел, — смешать мак и солому. Сделать это можно следственным путем. Например, обнаружить оборудование.

— В ФСКН говорят, что смешивают в стиральной машине.

— Так вы ее найдите, эту машину! Есть и промышленные барабаны для смешивания. Но вы их тоже найдите! Ни разу ведь не нашли. Или можно доказать, что на таможню пришел мак с одной чистотой, а в розницу поступил с другой. Но в тех экспертизах ФСКН, что я видел, это ни разу не было доказано…

Кроме того, говорит Юрий Михайлович, в экспертизах ФСКН ни разу не был доказан факт «набрызгивания опия» — есть и такая версия. То есть ФСКН может не найти оборудование для смешения, не найти тару от маковой соломы, не отследить канал ее поставки. Но просто по их экспертизам в маке есть опий, и это считается основным доказательством его примешивания. Все равно, в каком количестве. Хоть миллиграмм на тонну.

Одним словом, то, что предприниматели смешивают мак с соломой, чтобы побольше продать наркотиков, это не более чем предположение. ФСКН сама придумала преступление и сама теперь его расследует. Причем бывает, что концентрация примесей в маке на самом деле большая. Но иногда люди получают неиллюзорные сроки за натуральную пыль.

В заключение о заключениях

Все эти четыре дела объединяет, по мнению Воронкова, одно: полная необоснованность экспертиз, проведенных ФСКН.

— Эти экспертизы имеют методические ошибки, — говорит Воронков. — Сделанные выводы, что семена являются смесью с соломой, не обоснованы. В Белгороде вообще маразм — человек даже купил машину для очистки. И его повязали…

За Николая Романова уже который год бьется его сестра Валентина. Она получила уже два мнения специалистов: Минюста и Минобороны. Оба совпадают — эксперт ФСКН при производстве экспертиз грубо нарушила «Методические рекомендации»:

«Сделанные экспертом выводы не обоснованы и не имеют объективного подтверждения… Выводы эксперта о наличии в примеси маковой соломы наркотически активных алкалоидов опия не подтверждаются экспериментальными данными… Исследования сделаны с грубыми ошибками… Рассматривать семена мака массой 428,99 г и 417,85 г, содержащие 0,05 г и 0,075 г маковой соломы, в качестве «смеси семян мака с наркотическим средством — маковая солома» ошибочно…»

А ведь эта экспертиза ФСКН легла в основу обвинительного заключения. И человек не в санатории проведет пять лет — на зоне. И это только те случаи, что на слуху.

— На качество экспертиз в делах о наркотиках вообще никто не обращает внимания, — говорит Михаил Голиченко. — Наркотики настолько демонизированы, что борьба с ними любыми способами воспринимается обществом как должное, а потому никто не разбирается в деталях. А уголовное дело против сотрудника Пензенского НИИСХ Ольги Зелениной дает основание подозревать, что ФСКН стремится зацементировать систему собственных низкокачественных экспертиз, которые проводятся, что называется, для галочки. Ответственные специалисты, типа Зелениной, в такую систему не вписываются, а потому необходима акция устрашения. Самая доступная — уголовное дело и публичная порка с заключением под стражу и сеянием нелепых слухов о том, что Зеленина — часть ОПГ по сбыту наркотиков в пищевом маке. По такой логике любая экспертиза, проведенная защитой, уже выглядит как подозрение на ОПГ. Следовательно, специалистов будет все меньше, а значит, система с неустановленной чистотой и сомнительной статистикой будет только расцветать…

Правда, не все коту масленица. Воронежский предприниматель Александр Полухин, отчаявшись защититься от посягательств ФСКН, обратился за помощью к депутату Госдумы Александру Хинштейну.

— Полгода мы бились, — говорит Полухин. — У нас были заключения независимых специалистов о том, что воронежские и московские эксперты ФСКН выполнили по нашему маку ложные исследования. Куда мы только ни обращались — и ничего, все в порядке, уголовные дела в отношении этих экспертов не возбуждали. Но затем мы обратились к депутату Госдумы Александру Хинштейну, который внес два запроса. И оказалось, что все постановления Воронежского УФСКН — незаконные, их отменила прокуратура, и сейчас у нас проводится проверка…

А по обращениям адвокатов Натальи Андреевой и Филиппа Шишова в Воронеже решается вопрос о возбуждении восьми (!) уголовных дел в отношении сотрудников ФСКН по фактам злоупотребления должностными полномочиями, фальсификации экспертных исследований, фальсификации доказательств, заведомо ложных доносов, хищения вещественных доказательств, незаконного задержания и заключения под стражу, вымогательства денежных средств и незаконных действий.

— Цифры по всем этим макам, соломам, ацетонам и прочему реально выглядят просто смешными, если посмотреть, как ничтожно мало изымается самого опасного наркотика, — говорит Михаил Голиченко. — Особенно на фоне всех этих заявлений о наркоагрессии… 2637 кг героина неизвестной чистоты — вот эти цифры как раз и отражают работу всей правоохранительной системы, во главе которой стоит ФСКН со своим ГАКом. То есть свою настоящую работу ребята не выполняют. А для пыли в глаза работают по тому, с чем могут справиться ППСники…

СПРАВКА “МК”

УФСБ по Москве и Московской области уличило одно из подразделений московского наркоконтроля в том, что там хранили в офисе и продавали героин, чтобы освобождать своих сотрудников, попавшихся на преступлениях: «В службе по ЮЗАО УФСКН РФ по городу Москве в наличии имеется крупная партия наркотических средств. Последние незаконным путем сбываются при возникновении угрозы уголовного преследования сотрудников для получения финансовых ресурсов, используемых при лоббировании вопросов приостановки или прекращения проверочных (следственных) мероприятий…»

В начале 2011 года были осуждены отец и сын ПАРАМОНОВЫ из БЕЛГОРОДА, а также четыре их сотрудницы. У них изъяли более 2,5 тонны семян мака, содержавших в примесях 96 граммов маковой соломы. Самое удивительное, что Парамонов-старший специально купил сепарирующую машину для дополнительной очистки семян. Сергею и Александру дали по 10 и 8 лет. Женщинам — по 2—3 года общего режима. Всех их обвинили в том, что они не очищали мак в этой машине, а, наоборот, обогащали его опием.

НИКОЛАЙ РОМАНОВ, КРАСНОДАР. Получил 5 лет за два пакета мака по 400 граммов. В каждом была обнаружена микропримесь 0,05 г и 0,075 г морфина. Николай — пенсионер, он перенес два инфаркта миокарда, страдает гипертонией 3-й степени, стенокардией, перенес операцию на сердце.

ВОРОНЕЖ. АЛЕКСАНДРУ ПОЛУХИНУ и его семье инкриминируют попытку продать 4 тонны мака, на которые они якобы в гараже набрызгали 18 кг опия. Полиграф показал, что они этого не делали, но ФСКН не сдается.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ ШИЛОВ. Рекордсмен: в свое время у него было изъято 42 тонны мака, в которых найдено 295 граммов морфина и 209 граммов кодеина. Вот как их можно было равномерно смешать? Кисточкой, что ли, на каждое трехтысячное зернышко? А сейчас Шилову предъявили еще 200 тонн. Что он в них «намешал», эксперты ФСКН пока не узнали — мешков очень много.


(с) mk.ru
 

зорица

Местный
Регистрация
22 Мар 2013
Сообщения
1,335
Симпатии
7
#2
ФСКН ищет наркомафию там, где светлее

Стали известны последствия инициативы МВД и Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) по ужесточению требований к порядку хранения психотропных веществ.

Уровень наркомании не уменьшился, зато страдающие от психических заболеваний и пациенты на терминальных стадиях серьезных заболеваний оказались без медикаментозной помощи. Врачи также говорят о поборах, вызванных новыми правилами – так, всю осень медицинские работники вынуждены были провести в очередях за платными справками, выдаваемыми наркологическими диспансерами.

"Мы должны теперь ежегодно тратить свое личное время и деньги, чтобы представить справку из ПНД. В наркодиспансере обязательна беседа с психиатром и наркологом, а в ПНД еще требуется сделать ЭКГ. При этом ЭКГ показывает только судорожную готовность мозга или энцефалопатию, но причем тут наркотики? Они следов на ЭКГ не оставляют. Справки стоят 300-500 рублей, ЭКГ – еще 500, причем платят врачи из своих средств, потому что в бюджете больниц или стационаров денег на это не предусмотрено", — рассказали сотрудники одной из больниц "Росбалту".

Новые правила учета психотропных веществ также привели к незапланированным расходам, поскольку резко ужесточились требования к охране помещений, в которых хранятся наркотические и подобные им препараты. С вступлением в силу с 8 августа 2013 г. постановления правительства РФ №78 от 04.02.2013 г. "О внесении изменений в некоторые акты правительства РФ" медицинским учреждениям по всей стране пришлось заключать дополнительные договоры на охрану, установку железных дверей и решеток, оборудование сейфами и камерами видеонаблюдения, однако денег на это правительство не выделило. В результате аптеки и больницы просто отказываются от хранения и использования психотропных веществ.

В Петербурге это уже привело к дефициту таких лекарств, причем не только в больницах и аптеках, но даже в службах "скорой помощи".

"Теперь в соматических бригадах мы не можем обеспечить пациентов эффективными обезболивающими препаратами, используются заменители. А в психиатрических бригадах врачи не всегда имеют возможность купировать острые приступы у больных, потому что резко сократилось выдача психотропных препаратов – на всю станцию могут выдать несколько ампул на неделю, и крутись, как хочешь. Разумеется, это сказывается на состоянии пациентов, но за них некому вступиться", — сообщил "Росбалту" один из врачей, попросивший не называть своего имени.

В Федеральной службе по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) не смогли ответить на запрос "Росбалта" о том, сколько петербургских врачей были изобличены в использовании психотропных веществ в качестве наркотиков. Любопытно, что свой перечень лекарств, подлежащих предметно-количественному учету, на этой неделе выставил на общественное обсуждение Минздрав России. На сайте ведомства опубликован проект приказа "Об утверждении перечня лекарственных средств для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету", но будет ли этот список согласовываться с перечнем ФСКН, неизвестно.

Что касается структуры наркопотребления, то, согласно данным группы исследователей, опубликованным на портале Rospravosudie.com, медицинские препараты почти не фигурируют в криминальной российской статистике. Ученые проанализировали около 150 тыс. приговоров по наркопреступлениям по всей России за последние три года. Структура потребления выглядит так: марихуана — 31%, героин — 30%, дезоморфин — 14%, гашиш — 9%, амфетамин — 5%, кодеин — 4%. Приговоры по всем остальным наркотикам идут по остаточному принципу, причем психотропные вещества из черного списка, который был недавно дополнен по требованию ФСКН, там почти не встречаются.

"Совершенно непонятна активность ФСКН, связанная с массовым унижением врачей и пациентов. Наркоманы употребляют героин и синтетику, но именно нужные пациентам лекарства мы буквально выпрашиваем в специализированных аптеках. Показательно недоверие со стороны власти к врачам, особенно требование ЭКГ для каждого медика. Сразу становится ясно, что чиновники, сочиняющие подобные инструкции, вообще не разбираются в предмете, который вызвались регулировать. Конечно, проблема злоупотребления лекарственными средствами существует, но в списке реальных проблем, связанных с наркоманией, она находится далеко не на первом месте. Хотелось бы спросить у генералов ФСКН – сколько врачей и фельдшеров состоит на учете у наркологов, что вы так рьяно взялись требовать с нас справки? Сколько врачей задержаны за торговлю наркосодержащими препаратами? И не являются ли все эти запреты лишь имитацией борьбы с наркоторговлей – просто потому, что с врачами бороться безопасней и проще, чем с реальной наркомафией?", — задаются вопросом врачи.

К сожалению, на момент публикации в ФСКН оказались не готовы отвечать эти вопросы, но "Росбалт" с удовольствием опубликует ответ на свой запрос, как только он будет получен. Впрочем, официальная статистика, представленная на сайте Федеральной службы, только подтверждает выводы опрошенных нами медиков.

Так, в 2013 году 76% всех выявленных в России наркопреступлений были связаны с героином, 18% — с синтетическими наркотиками, а 5% — с марихуаной. При этом психотропные вещества фигурируют лишь в 1% криминальных случаев. То есть даже если ФСКН вообще запретит оборот всех "подозрительных" медицинских препаратов во всех российских больницах, аптеках и станциях "скорой помощи", на проблему наркомании это никак не повлияет.

(с) rosbalt.ru

Инициатива по увеличению доступности качественного обезболивания для пациентов, в особенности, паллиативных онкологических пациентов https://www.roi.ru/5113/ Как говорится, без комментариев..
 

зорица

Местный
Регистрация
22 Мар 2013
Сообщения
1,335
Симпатии
7
#3
ФСКН написала себе удобный закон

ФСКН предлагает правительству государственную программу «Противодействие незаконному обороту наркотиков»; в данный момент общественное обсуждение акта формально завершено (на практике это значит, что текст документа провисел на regulation.gov.ru 30 дней и «предложений в рамках общественного обсуждения не поступило»). Между тем документ, который будет определять государственную политику в области нераспространения наркотиков в ближайшие семь лет и подразумевает затраты в 250 млрд руб., выглядит, мягко говоря, непродуманным. Это план, который ведомство написало для себя в своих собственных интересах, без всякой оглядки на интересы и трудности живущих в стране людей.

В первую очередь, там нет даже намека на решение самой главной на данный момент проблемы, создаваемой самой ФСКН: в своих (не сказать, что уж очень успешных) попытках как можно сильнее усложнить жизнь распространителям нелегальных наркотиков это ведомство создало такой правовой режим для легального, т. е. медицинского, использования наркотических средств, что практически прекратило их использование в российской медицине. Правила хранения и выписки обезболивающих средств, отчетности за них сейчас фактически запретительны; гайки уголовного регулирования этой сферы закручены до такой степени, что врачи всеми силами избегают выписывать обезболивающие умирающим и намного ниже необходимого минимума ограничивают их использование даже в стационарах; «скорая помощь» выезжает на вызов с одной ампулой обезболивающего (а если авария, а пострадавших двое?), а спасатели МЧС, скажем, вообще не имеют возможности до приезда врачей облегчить чьи бы то ни было страдания. Недавняя «эпидемия самоубийств» раковых больных в Москве, например, скорее всего объясняется не разовым всплеском суицидов — по свидетельствам активистов, занимающихся проблемой, больные, получающие радикально недостаточную помощь с обезболиванием, сводят счеты с жизнью регулярно, — а просто временным ростом медийного интереса к теме, вызванного самоубийством контр-адмирала в отставке Вячеслава Апанасенко, которому не выписали необходимый ему морфин из-за отсутствия на рабочем месте единственного человека, который мог поставить подпись на рецепте. Процедуры выписки обезболивающих настолько сложны и ограничительны, что такие накладки давно стали правилом, а не исключением. Судя по программе, однако, гуманитарные проблемы — страдания ни в чем не повинных людей, не являющихся ни преступниками, ни даже больными с наркозависимостью, — ФСКН не волнуют нисколько; в программе деятельности ведомства они вообще не упоминаются. По словам главного онколога Минздрава, в России 2,8 млн человек живут с диагнозом «рак»; каждому из этих людей и многим другим, больным другими болезнями, пострадавшим вследствие несчастного случая и т. д., может понадобиться или уже нужно сильное обезболивающее. Их намного больше, чем людей с диагнозом «наркомания» (438 000, по данным ФСКН), и их качество жизни ничуть не менее важно. Однако, занимаясь борьбой со вторыми, ФСКН превращает жизнь первых, их родственников и близких в кромешный ад.

Волнуют ведомство лишь масштабы собственной активности в статистическом выражении — причем только в уголовно-репрессивной ее части. В качестве индикаторов успеха программы мы видим исключительно старые добрые «палочные» показатели: доля тяжких и особо тяжких дел от всех расследованных ФСКН; доля преступлений и лиц, совершивших преступления в составе организованной группы, от всех «наркотических» преступлений и наказанных лиц соответственно (на эту подпрограмму, цель которой формулируется как «выявление и пресечение незаконного оборота наркотиков», приходится все финансирование). Как работают показатели этого типа, хорошо известно из исследований работы других силовых структур: следователь с легкостью превращает практически любое индивидуальное преступление в преступление, совершенное в составе группы, путем включения в фабулу обвинения ряда «неустановленных лиц», якобы помогавших злодею. Тут можно было бы посетовать на увеличивающуюся репрессивность деятельности борцов с наркотиками, на появление новых стимулов к нарушениям прав подследственных и фальсификации обвинений, если бы запланированный программой рост данных показателей не выглядел откровенно забавно: так, за семь лет доля тяжких преступлений во всем объеме работы ФСКН должна вырасти на 1%, с 79 до 80%, этак по 0,1-0,2% в год.

Вторая подпрограмма, цель которой — координация деятельности государственных органов по противодействию наркотикам, не подразумевает ни копейки денежных вливаний; в ее рамках предусмотрены разрозненные мероприятия в восьми непонятно по какому признаку выбранных регионах, такие как строительство одного диспансера или закупка оборудования для одного медицинского учреждения (за счет, разумеется, самих регионов), а также такая безусловно эффективная мера, как «проведение конкурсов творческих работ учащихся «Нет наркотикам».

Другими словами, ФСКН запланировала себе на ближайшие семь лет удобную и ненапряжную стабильность, много заграничных поездок по линии международной координации деятельности и неплохое финансирование. Ничего менять в своей работе ведомство не собирается.

(с) vedomosti.ru

Иллюстрации к Программе "Противодействие незаконному обороту наркотиков" от ФСКН



 

зорица

Местный
Регистрация
22 Мар 2013
Сообщения
1,335
Симпатии
7
#4
Суд встал на сторону бизнеса против наркополицейских

Подмосковное Управление Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков потерпело поражение в суде по иску ОАО «Воскресенские минеральные удобрения» (входит в состав производителя удобрений холдинга «Уралхим»). Суд постановил признать незаконными действия главы областного УФСКН Василия Юрченко.

Злоключения завода начались в августе прошлого года. Тогда на предприятие нагрянули с обыском сотрудники подмосковного ФСКН, но ничего криминального там не нашли. Как пояснили в суде представители силового ведомства, проверка проводилась якобы по заявлению анонима об исчезновении с предприятия нескольких тонн серной кислоты, которая является прекурсором для приготовления наркотиков. Однако не найдя никаких улик, глава УФСКН Василий Юрченко разослал письма другим силовым ведомствам с предложением провести на предприятии проверки.

После этих писем интерес к предприятию проявил местный УБЭП. Почти двадцать человек из первого и второго отделов оперативно-розыскной части воскресенского управления экономической безопасности и противодействия коррупции в сопровождении восьми вооруженных бойцов СОБРа в масках провели на предприятии почти целый день. Что именно искали на заводе, никто не пояснил.

Как сообщил «Эксперт Online» источник на заводе, силовики попытались найти на предприятии хотя бы нелегальных мигрантов. Однако у всех задержанных ими на территории завода рабочих были надлежащим образом оформленные документы.

Глава группы силовиков потребовал от главного бухгалтера список контрагентов по поставке удобрений. При этом на предприятии изъяли компьютеры, серверы и документацию.

Через несколько дней УФСКН на своем сайте заявило, что на ВМУ были обнаружены незаконные мигранты. В ответ предприятие распространило сообщение о том, что подает жалобу на незаконные действия сотрудников УФСКН РФ по Московской области в суд и в прокуратуру. Руководство предприятия требовало провести проверку и принять меры в отношении допустивших грубые нарушения сотрудников службы и возместить предприятию нанесенный экономический ущерб.

После этого руководство ВМУ обратилось в суд с иском и аналогичными требованиями. Компенсации ущерба из-за однодневного простоя предприятие не требовало.

УФКСН возбудило уголовное дело по ч.1 ст. 228.2 "Нарушение правил оборота наркотических средств или психотропных веществ". В качестве основной улики указывалось исчезновение серной кислоты, на что якобы указывали изъятые документы. Но прокуратура Московской области установила, что дознаватель УФСКН допустил ряд грубых процессуальных нарушений, а его выводы о наличии признаков уголовного преступления являются безосновательными: кислота с предприятия не пропадала. Поэтому постановление о возбуждении уголовного дела было отменено, а генералу Юрченко было вынесено представление об устранении правонарушений и привлечению виновных к дисциплинарной ответственности в 30-дневный срок. Но предписание прокуратуры генерал Юрченко проигнорировал, и проверки на предприятии не прекратились.

Как сообщил источник в руководстве завода, предприятию особенно важно было выиграть этот процесс. «Это решение - положительный прецедент, - сообщил собеседник «Эксперт Online», - Радует, что судьи не поддались давлению, не испугались высоких званий ответчика. Значит, судебная система может быть вполне эффективной в борьбе с коррупцией, а призыв руководства страны к силовым структурам «перестать кошмарить бизнес» все-таки услышан».

Воскресенский суд установил, что все предоставленные УФСКН доказательства якобы имевших место нарушений на предприятии собраны незаконно, документы об исчезновении серной кислоты с предприятия не действительны. Суд постановил признать незаконными запрос генерала Юрченко о предоставлении информации, доследственные проверки, изъятия документов и оборудования, а также невозврат имущества предприятия наркополицейскими и обязал главу воскресенского УФСКН немедленно устранить допущенные нарушения закона. Поскольку в десятидневный срок не была надлежащим образом подготовлена и подана апелляционная жалоба, решение суда считается вступившим в законную силу.

(c) expert.ru

Кто платит за адвокатов начальника подмосковного УФСКН РФ?

В деле генерал-лейтенанта полиции Василия Юрченко, начальника подмосковного УФСКН РФ, обнаружена коррупционная составляющая – дорогущих адвокатов его ведомству нанимают неизвестные третьи лица.

Имя Василия Юрченко в последние месяцы не сходит с заголовков СМИ из-за скандала с травлей градообразующего предприятия Воскресенска – ОАО «Воскресенские минеральные удобрения». За последний год его люди при поддержке спецназа несколько раз штурмовали несчастный завод, который и так находится в тяжелом положении из-за проблем с поставками сырья и низкими ценами на продукцию на рынке. Поскольку никаких результатов грандиозной операции против завода так и не предъявлено, вся кампания по силовому давлению на завод сильно напоминает коммерческую наводку от конкурентов. Предприятие обратилось в суд, и каково же было всеобщее удивление, когда представлять интересы Юрченко и его ведомства приехали юристы из Адвокатской палаты Московской области, в частности, Иван Писков, партнер Московской коллегии адвокатов «Узойкин, Писков и коллеги». Гонорары адвокатов такого высокого уровня значительно превышают среднерыночные цены и составляют в среднем не менее $ 500 в час.

В то же время Счетная палата РФ упрекнула ФСКН РФ в плохом контроле за профилактикой наркомании и недостаточной проработанности антинаркотических программ и обнаружила в работе службы за 2012-2013 годы нарушений на 1 млрд рублей – это, в частности, нарушения учета федерального имущества, неэффективное расходование бюджетных средств и несоблюдение Бюджетного кодекса РФ. Журналисты поспешили предположить, что вот оно – неэффективное расходование бюджетных средств: респектабельные московские адвокаты в дорогих костюмах, отмазывающие в суде «оборотня в погонах».

Однако по сведениям из информированных источников выяснилось: ведомство Юрченко адвокатам не платило. Так что же выходит, адвокаты, привыкшие к баснословным гонорарам, защищали генерала Юрченко бесплатно? Едва ли. Речь идет о высококвалифицированных профессионалах, а не студентах юрфака. Волонтерство не в духе юристов такого уровня, на это попросту нет времени. Похоже, что счета за адвокатские услуги для генерала Юрченко оплачивал тот же самый пока неизвестный спонсор, заказавший и профинансировавший вооруженные рейды на ОАО «ВМУ».

По материалам argumentiru.com

Кстати, в интервью "Российской газете" Председатель Следственного комитета РФ сообщил, что в числе обвиняемых по переданным в суд уголовным делам коррупционной направленности - 33 следователя ФСКН России.
 

D a n t e

Тор4People
Регистрация
14 Дек 2011
Сообщения
950
Симпатии
3
#5
зорица
Спасибо за информацию. Читал где-то завязку этой истории и был,конечно,очень возмущен.
Вообще-то такой поворот в обратную сторону(в пику ФСКН) это прецедент,конечно,в нашу то "красную" российскую эпоху.
Никого,думаю,не посадят и вряд ли даже уволят,но испытываю удовлетворение.
Охуевшие споткнулись.
Представляю,как рвет и мечет сейчас этот самый Юрченко.
Эхх,вот всегда бы так.
 

зорица

Местный
Регистрация
22 Мар 2013
Сообщения
1,335
Симпатии
7
#6
Вечный бой в условиях шторма

Исследователи социальных проблем обращают внимание на то, что силовые ведомства, отвечающие за «решение» какой-либо проблемы, могут быть не заинтересованы не только в устранении проблемной ситуации, но и в существенном сокращении ее масштаба. Как отмечает социолог Говард Беккер, персонал таких организаций начинает выстраивать жизнь и карьеру на основе «своей» проблемы, и все, что угрожает ее существованию и значению, является угрозой и для него.

«Силовые организации, — пишет Беккер в книге «Аутсайдеры», — особенно когда они изыскивают финансовые средства, как правило, используют два типа заявлений, переходя от одного к другому. Во-первых, они заявляют, что благодаря их усилиям проблема, которой они занимаются, приближается к решению. Но в то же самое время они утверждают, что положение дел, возможно, хуже, чем ранее (хотя это не их вина), и существует необходимость в новых и все более интенсивных усилиях по удержанию ситуации под контролем». Руководители и пресс-службы организаций обычно занимаются тонкой риторической игрой, одновременно демонстрируя как непреходящее значение «своей» проблемы, так и успешность ведомственных действий.

Блестящим игроком в этом отношении является Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН). Глава ФСКН Виктор Иванов в течение последних лет умело подчеркивал, с одной стороны, величину «наркоугрозы», а с другой — высочайшую эффективность действий службы.

Мы проанализировали публичные выступления и интервью Иванова в течение 2013—2014 годов, размещенные на сайте ФСКН, — более 70 текстов — и выявили ряд черт ведомственной риторики.

Игры в числа

Ключевой элемент риторики ФСКН — оперирование числами, демонстрирующее, во-первых, точное знание ведомства о ситуации, а во-вторых, масштаб проблемы. Именно ФСКН, а не наркологи и социологи, сформировала конструкцию, согласно которой в России от 8 до 8,5 миллиона потребителей наркотиков. Формулируется это следующим образом: «По данным мониторинга наркоситуации, проведенного в прошлом году, в России насчитывается до 8,5 млн лиц, с разной степенью регулярности употребляющих наркотики, — это около 6% населения страны» (12.03.2013). «Восемь миллионов наркозависимых живут среди нас. Они общаются со сверстниками, отдыхают в ночных клубах» (14.02.2014).

Между тем, как следует из выступлений Иванова, «социологические» исследования, которые произвели это число, проводились самой ФСКН по собственной методике. При этом ни разу в течение двух лет глава службы не коснулся вопросов методологии исследования — ключевого момента, определяющего доверие к исследовательским данным, предлагая поверить ему на слово в то, что данные ФСКН — это «социологически точная и достоверная реальность наркомании» (02.12.2013).

Обращает на себя внимание противоречивость главы ФСКН в оценках числа «наркопотребителей». В одних выступлениях Виктор Иванов говорит о 8 миллионах, в других — о 3: «На сегодня не менее 3 миллионов преимущественно молодых граждан России регулярно употребляют наркотики» (16.11.2013). А после присоединения Крыма директор ФСКН заявил: «Наркоситуация в Крыму характеризуется как тяжелая, что определяется количеством наркопотребителей на 100 тысяч населения, — 700 человек, что почти в 2 раза выше, чем в среднем по Российской Федерации» (02.04.2014). Это означает, что в России около 350 «наркопотребителей» на 100 тысяч населения, то есть 0,35%. Каким образом это соотносится с утверждениями о 8 миллионах?

Противоречивы и суждения Виктора Иванова об изменении числа «потребителей». Если в одних выступлениях он заявляет: «Еще недавно число наркоманов стремительно увеличивалось: за пять лет — на три с лишним миллиона человек» (26.06.2014), то в других констатирует неизменность ситуации: «Количество потребляемых наркотиков и уровень наркомании в стране не увеличивается, но он сохраняется на высоком уровне уже более 10 лет» (01.03.2013). «Ситуация не ухудшается. Мы разработали систему мониторинга наркоситуации и вышли на цифру 8 млн человек, которые употребляют наркотики. В течение последних 5-6 лет эта цифра относительно стабильна» (25.02.2014).

Подчас директор ФСКН не довольствуется однозначными числами и расширяет размеры ситуации до десятков миллионов человек. В социологии это называется стратегией конструирования широко распространенной проблемы. По словам Иванова, поскольку наркотики — это проблема «в первую очередь» родственников, близких и окружающих, она затрагивает «жизнь и интересы как минимум 40 миллионов граждан России» (в разных выступлениях эта величина варьируется от 30 до 50 миллионов).

Предельно расширяет Иванов и масштаб экономических потерь, утверждая, что потребление наркотиков подрывает экономику страны: «8 миллионов наркопотребителей ежедневно (хотя ранее Иванов отмечал, что к этой категории ФСКН относит людей с разной степенью регулярности потребления. — И. Я.) тратят на наркотики 4,5 миллиарда рублей и тем самым выводят из ВВП страны до полутора триллионов рублей ежегодно… Более того, реальный ежегодный ущерб экономике страны составляет цифру в 3 раза большую, т.е. как минимум 4 триллиона рублей» (1.12.2014).

Словарь ФСКН

ФСКН создала целый словарь, одна часть которого подчеркивает величину проблемы, уподобляя ее стихийным бедствиям (цунами, вулкан, лавина, шторм), а другая — акцентирует современный характер и эффективность собственных усилий по сопротивлению «глобальной наркоугрозе». Первая часть включает в себя такие конструкции, как «синтетическое наркоцунами», «амфетаминовое цунами», «героиновое цунами», «героиновый вулкан», «лавинообразный рост поставок», «наркоайсберг», «наркомонстр», «эпидемия», «угроза номер один для России», «гигантская армия наркопотребителей», «наркопромышленный комплекс», «наркокластер», «планетарный наркофеномен», «10-балльный шторм синтетических наркотиков», «наркотики проникли во все поры общества» и так далее.

Вторая часть словаря не менее впечатляюща: «денаркотизация общества», «антинаркотический трек», «национальная антинаркотическая вертикаль», «антиспайсовый тотальный прессинг», «антинаркотический интернационал», «разрушение наркосбыта на атомарном уровне», «секьюритизация проблемы» и прочее.

Значение некоторых терминов, сконструированных ФСКН, например, «наркотический браузер» или «секьюритизация проблемы», остается неясным даже при обращении к контексту: «Многочисленный контингент потребителей наркотиков — это своего рода наркотический браузер в современном обществе» (06.10.2014).

Военная терминология

Характерно, что риторика ФСКН имеет ярко выраженное сходство с военной терминологией. Глава службы репрезентирует ее и себя как находящихся в состоянии войны. Об этом свидетельствуют следующие конструкции: «концентрированное химическое оружие <о героине>», «парамилитарные наркогруппировки», «по-снайперски прицельный огонь наркомафии со всех сторон», «боеспособный коллектив <о ФСКН>», «система участковых как социальная разведка», «международный штаб по борьбе с афганским производством», «воевать со штабами и живой силой противника», «наркоплацдарм», «наркоагрессия», «в полномочиях Совета Федерации объявлять войну, нам сегодня необходимо это сделать», «битва за нашу молодежь» и прочее.

Противник — «наркомафия» — представляется как чрезвычайно сильный и умелый: «Против нас работают современные сетевые технологии и методы спецслужб, прежде всего разведки, в том числе ее самой сложной и элитной части — агентурной разведки. Тайники, закладки, бесконтактное взаимодействие, шифрованная связь, анонимные цифровые денежные трансакции — все это из арсенала специальных служб» (24.12.2014).

Демонстрация собственной эффективности

Значительную часть выступлений главы службы занимает убеждение аудитории в успешности ФСКН. С этой целью предпринимается целый ряд ходов. В частности, глава службы постоянно оперирует данными о тоннах изъятых наркотиков, полностью избегая оценок того, какую долю объема наркотических веществ в целом ФСКН удается изымать с рынка. Нередко решение обеих задач — демонстрация эффективности службы и подчеркивание неизменной тяжести ситуации — совмещается. Именно таким образом можно прочесть заявления Иванова о 50-процентном росте объемов перехваченных опиатов, 30-процентном росте перехватов афганского героина, а также — 150-процентном росте объемов перехваченных синтетических препаратов.

Глава ФСКН ставит в заслугу своей службе сокращение уровня смертности среди молодежи в возрасте от 15 до 34 лет: «Достигнутый максимум в 2006 году в 140 тысяч смертей сменился устойчивым спадом и корреспондируется с усилением антинаркотической политики государства и созданием в 2003 году специализированного органа исполнительной власти — ФСКН России. Добрая половина в сокращении смертности молодежи — это, по нашим оценкам, вклад правоохранительных органов, то есть нашей совместной скоординированной работы. Тем не менее наркоситуация в стране остается крайне напряженной» (27.09.2013). При этом никакого обоснования того, что смертность среди молодежи сократилась в результате действий именно ФСКН, в выступлениях Иванова нет.

Следует отметить, что подчеркивание остроты ситуации сразу после информирования об успехах службы является постоянным приемом, используемым директором ФСКН: «Локальные группировки распространителей этой заразы разгромлены, каналы поступления нового вещества в регионы перекрыты. Ситуация купирована. Возможная эпидемия на этот раз блокирована. Вместе с тем необходимо отдавать отчёт, что масштаб проблемы стремительно нарастает!» (6.10.2014).

Запрос финансирования и расширения полномочий

Отличительной чертой выступлений и интервью Виктора Иванова является постоянный акцент на необходимости финансирования, связываемый со значимостью проблемы: «Наркоугроза является одной из острых проблем для России. Она угрожает не только жизни и здоровью граждан, но и национальной безопасности. Поэтому что касается выделения финансовых средств… Представьте, что идет война, а мы говорим, что воевать не будем, так как у нас нет денег. Это абсурдная ситуация. Надо решать проблему» (29.04.2013).

При этом ФСКН предлагает не просто повышать финансирование службы, а осуществлять разработанные ею многомиллиардные проекты. Одним из них была «Российская корпорация сотрудничества со странами Центральной Азии», на которую только на стартовом этапе требовалось 2 миллиарда рублей (29.04.2013). Другим мегапроектом ФСКН является программа «Комплексная реабилитация и ресоциализация лиц, потребляющих наркотические средства и психотропные вещества в немедицинских целях». На нее первоначально запрашивалось 150 миллиардов рублей, примерно по 20 миллиардов в год на 7 лет (15.03.2013). Программа предполагала «локализацию значительного количества, до 150 тысяч, наркопотребителей в специализированных реабилитационных центрах на продолжительное, не менее одного года время» (27.09.2013) и означала расширение полномочий и полный контроль ФСКН за сферой реабилитации людей, зависимых от наркотиков.

Экономическое обоснование программы представлялось в характерной для ФСКН стилистике триллионных сумм: «Материальный ущерб от наркотиков в России сравним с затратами на всю систему здравоохранения и составляет 3—5% ВВП, то есть 2—3 триллиона рублей ежегодно. Следовательно, за эти 7 лет к 2020 году Россия практически гарантированно должна потерять более 14 триллионов рублей. Через организацию программы комплексной реабилитации мы, потратив в 100 раз меньше средств, сохраним государству не менее 3 триллионов рублей, а с учётом ежегодного возвращения к активной экономической деятельности около 100 тысяч человек — порядка 3,5 триллиона» (15.03.2013).

***
Независимо от дальнейшей судьбы ФСКН, это ведомство уже вошло в историю созданием особого языка конструирования «своей» проблемы. Исследователи социальных проблем до настоящего времени выделяли такие виды риторики, как «риторика утраты», «риторика опасности», «риторика бедствия», и другие. ФСКН же удалось создать новый тип — риторику «контролируемого бедствия», представляющую ситуацию как катастрофическую и в то же время успешно удерживаемую под контролем.

Автор: Искандер Ясавеев, доктор социологических наук, доцент кафедры общей и этнической социологии Казанского федерального университета

(с) novayagazeta.ru
 

ŅарКОТварь

ПАДОНАК
Покойся с миром
Тор4People
Регистрация
8 Мар 2011
Сообщения
14,914
Симпатии
365
Адрес
СПб
#7
Дурь — до одури.

Амнистировать сотни тысяч людей, сидящих по липовым делам производства ФСКН, даже важнее, чем ликвидировать это ведомство.

28.02.2015



Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков в стране не существует. Даст-то бог: сейчас, когда я пишу эту колонку, указ, предполагающий ликвидацию до 1 марта, президентом еще не подписан, однако уже лежит в администрации. Полномочия ФСКН с его подписанием разделят между МВД и Минздравом, как и было прежде. И, скажу вам, данному событию я безмерно рада. Чтобы и вы разделили со мной радость, я приведу ретроспективу самых шумных кампаний, проведенных службой за 12 лет ее существования.

Спустя всего несколько месяцев после образования службы (на базе бывшей налоговой полиции, укрепленной силовиками из разных ведомств) случилась первая группа абсурдных уголовных дел, в народе получивших общее название «Дело ветеринаров». По всей стране практически одномоментно были возбуждены десятки дел против ветеринарных врачей, использовавших в своей практике анестезирующий препарат «кетамин», не внесенный Минсельхозом в списки лекарств, разрешенных к применению в ветеринарии.

Что характерно: данный «кетамин» применялся в ветеринарии в целях анестезии животных испокон веков, и в списки Минсельхоза не попал он лишь по недоразумению. МВД ветеринаров не трогало. Но ФСКН, уцепившись за формальный повод, раздула историю до планетарных масштабов.

Генералы чуть ли не раз в неделю выступали в том ключе, что ветеринары с их «кетамином» — едва ли не главная наркоугроза стране; ветеринары в свой черед рассказывали журналистам о несчастных котиках, умирающих от болевого шока в ходе заурядной операции по кастрации. В обществе поднялся колоссальный шум (зверей нам всегда жалко),

к Путину обратилась наконец уже сама Брижит Бардо — и он дал наркополицейским генералам разгон. «Кетамин» был внесен в списки. Ветеринары хоть и получили свои судимости (а как иначе?), однако отделались условными сроками.

Не успел поутихнуть скандал вокруг ветеринаров — как пошли сообщения по поводу аналогично покроенных уголовных дел — уже против людских врачей. Скажем, практикующих частных наркологов, выезжающих на дом, судили за сбыт сильнодействующих, в то время как само определение «сильнодействующие» еще даже не было прописано в российском законодательстве, и 234-я статья (про сильнодействующие) применялась исключительно по интуиции следователя.

Непрописанная 234-я статья вообще дала ФСКН широчайшее поле для деятельности — так по стране прокатилась волна уголовных дел против предпринимателей, занимавшихся торговлей химикатами.

Когда на одной из пресс-конференций я задала генералу ФСКН Михайлову вопрос о том, входят ли в статистику ведомства уголовные дела, возбужденные по факту оборота вазелина (а были такие реальные случаи), — он злился, кричал, что мой вопрос не по теме, однако ответа по существу так и не дал.

Фактической декриминализации 234-й статьи добилась Яна Яковлева, руководительница крупной химической фирмы. Она отсидела за оборот соляной кислоты 7 месяцев в СИЗО — пока ее дело не развалилось в суде. Сегодня Яна — крупная фигура на поле защиты прав предпринимателей, и хотя бы за это ФСКН спасибо.

Отдельного упоминания стоят уголовные дела против аптекарей и врачей, имеющих дело с настоящими подконтрольными веществами. Этих судят за неправильное заполнение бумажек при назначении и отпуске препаратов. В подмосковном Подольске, например, в полном составе отмотала срок частная аптека — 13 человек отсидели за «безрецептурный отпуск». Много уже сказано и написано про красноярского доктора Алевтину Хориняк, которую судили за то, что выписала «трамадол» раковому пациенту, который «относился» к другой поликлинике. Доктор Хориняк — смелая: мало того, что выписала, так еще и вины за собой не увидела. А сколько в стране несмелых? Об этом мы можем косвенно судить по сообщениям об очередном самоубийстве онкобольного. Вот 15-го числа покончил с собой профессор Тимирязевской академии. Повесился в аудитории. Только в Москве за год таких случаев было 10.

Контр-адмирал Вячеслав Апанасенко, убивший себя в прошлом году, оставил записку: «Прошу никого не винить, кроме Минздрава и правительства. Сам готов мучиться, но видеть страдания своих родных и близких непереносимо».

Ну и, конечно, «маковые дела», которых по стране тысячи, — тоже в списке подвигов ФСКН. Судят поставщиков бакалеи, владельцев торговых точек, простых продавцов. В Воронеже на скамье подсудимых — целая семья хозяина хлебопекарной лавочки (выпекали булочки с маком); в Туле сидят муж и жена: она — хозяйка продуктовой палатки, он — водитель, подвозил ей продукты, среди которых был и злополучный мак.

Рецепт таких дел прост. Даже после самой тщательной их очистки на семенах мака непременно обнаружатся следы веществ опийной группы, в количестве, скажем, 0,0000049%.

Этот процент следователь ФСКН перемножает на общий вес семян мака в партии — и получает «особо крупный размер». Хотя на практике выделить его невозможно.

Любопытно, что это самое «следовое количество веществ опийной группы» будет обнаруживаться в любом маке. Абсолютно в любом. Но ведь мы же до сих пор покупаем те же рулеты с маком. Как же получается, что Николай Калинин, имевший бакалейную палатку на калужском рынке, отмотал свои 5 лет, а владельцы соседних палаток — до сих пор торгуют маком? Сергея Шилова, импортировавшего семена, — судят, а его конкуренты по-прежнему продолжают возить в Россию мак, закупая его ровно у тех же поставщиков? Есть у вас догадки, как такое возможно? А я вам намекну: вот, к примеру, Яне Яковлевой (той самой, которая просидела 7 месяцев и стала правозащитницей) перед тем, как начались неприятности, ребята в форме называли стоимость услуг по отмене неприятностей; а она отказалась. Федор Душин, хозяин подольской аптеки, когда было возбуждено уголовное дело, как раз находился в состоянии арбитражного конфликта со своим бизнес-партнером, у которого (вот странное сближение!) сын служил в ФСКН.

Я знаю много случаев и помельче, когда речь идет не о таких уж больших деньгах. Птичка по зернышку — что там возьмешь с рыночных палаток… Да и большие начальники в ФСКН — тоже про это знают, что уж. Да и в судах все это понимают: а иначе, почему судьи перебрасывают многотомные маковые дела из региона в регион, а то и вовсе — обратно прокурору, бывает, что и неоднократно. Я так думаю: не хотят участвовать в беззаконии. А поступить так, как велит закон и совесть, — побаиваются.

Про закон и совесть я еще хочу сказать несколько слов в завершение.

Вот Совет по правам человека (который, наверное, и считается структурой, отвечающей за проявления нашей общественной совести) забросил в администрацию президента проект широкой амнистии по случаю 70-летия Победы. В этом проекте много действительно милосердных предложений. Однако милосердие членов совета не распространяется на осужденных по 228-й статье. Вместе с убийцами, насильниками и прочими страшными людьми «наркоманы» под амнистию не попадают. («Наркоманы» — я намеренно беру это слово в кавычки.) Между тем примерно каждый третий заключенный в России осужден именно по «наркотической статье». И основная часть из них — первоходы, не сумевшие умилостивить следователя.

Я тут имела разговор с одним уважаемым мною членом СПЧ и спросила его, почему 228-я выпала из амнистии. Он мне ответил, что в проект амнистии тащили все, что там возможно будет отстоять; что депутаты, распределив фронты, будут биться за предельное сужение списка и исключение из проекта ряда статей, а также что 228-ю в амнистии не отстоять ни за что, поскольку будет сильный антилоббизм. Лично я, не являясь членом СПЧ и не будучи глубоко погруженной во все их дворцовые интриги, не очень понимаю: в интересах какой структуры депутаты будут лоббировать оставление за решеткой сотен тысяч заключенных по статье, не сопряженной с насилием? Тем более теперь, когда ФСКН ликвидируют.

А единственный антилоббист, которого я предчувствую, — это так называемое «общественное мнение», которое вот уж как будет выть, что «повыпускали всех наркоманов». И тут я предлагаю всем, и особенно — членам СПЧ (раз уж они олицетворяют собою совесть), провести эксперимент.

Возьмите отрезок времени, небольшой, — хоть, скажем, год. И вспомните, как часто за этот год вам приходилось сталкиваться с взяточничеством. Я не говорю о крупной взятке тому же следователю — а так, в пределах 150 тысяч, ныне попадающих под вами придуманную амнистию. Сколько раз вас, ваших знакомых, друзей просили «отблагодарить», «ускорить» — да или просто «скинуться на подарок»?

Так, а теперь постарайтесь вспомнить, как часто вам за этот же отрезок времени предлагали, скажем, купить наркотики? Или сколько ваших знакомых пропало-погибло в наркотических притонах?

И в том, и в другом случае речь идет об уголовном преступлении. Однако за наркотики у нас сидят больше 200 тысяч, а за взятки — всего 1700 человек было осуждено в прошлом году. Не наблюдаете ли вы диссонанса между собственными жизненными наблюдениями — и этой статистикой?

Предвижу еще и такого рода возражения: наши столичные наблюдения нерепрезентативны, вся наркотическая статистика создается глубинкой, в тамошних левиафановских обстоятельствах. Но зачем же вы, друзья, своими неловкими умолчаниями льете воду на левиафанову мельницу? Зачем покорно соглашаетесь с тем, что Россия — страна контингента, а раз так повелось — то так тому и быть?..

(c) Ольга Боброва,Новая газета.
 

ŅарКОТварь

ПАДОНАК
Покойся с миром
Тор4People
Регистрация
8 Мар 2011
Сообщения
14,914
Симпатии
365
Адрес
СПб
#8
ФСКН начала сокращение штата на 15%

Глава российской наркополиции Виктор Иванов сообщил, что сокращаются те вакансии, которые есть, они выбывают из штатной численности. Кроме того, по его словам, служба "отправляет на заслуженный отдых пенсионеров". Аналогичные сокращения проходят также в другом силовом ведомстве России - Федеральной миграционной службе.


МОСКВА, 11 мар — РИА Новости. Штатная численность сотрудников ФСКН в рамках оптимизации сократится на 15%, сообщил в среду журналистам глава российской наркополиции Виктор Иванов.


Глава ФСКН вновь опроверг слухи об упразднении наркополиции
При этом ранее планировалось сократить штат на 10%.
"Мы уже находимся в процессе сокращения нашей численности на 15%. При этом, конечно, мы действуем разумно: те вакансии, которые есть, сокращаются и тем самым выбывают из штатной численности", — сказал Иванов.

Кроме того, по его словам, служба "отправляет на заслуженный отдых пенсионеров".

"Таким образом, мы минимизируем потери нашего живого, оперативного состава. Ну, и где-то, конечно, подрежем тыловые службы, при этом сохраняя оперативные и следственные подразделения", — добавил Иванов.

Аналогичные сокращения проходят также в другом силовом ведомстве России — Федеральной миграционной службе. Цифры по ФМС пока неизвестны. При этом изначально в СМИ проходили сообщения о планируемой ликвидации ФСКН и ФМС и передаче их функций МВД и Минздраву, однако эти слухи не подтвердились.

(с) РИА Новости
 

Гасан

Местный
Регистрация
25 Янв 2014
Сообщения
1,847
Симпатии
151
Адрес
333
#9
У меня такая была.сдай барыгу и отпускаем и выкидываем все бумаги,я же все подписал что все мое поверил им,а думал сказать хорошо сдам и соскочить,нельзя верить этим пидарам
 

ŅарКОТварь

ПАДОНАК
Покойся с миром
Тор4People
Регистрация
8 Мар 2011
Сообщения
14,914
Симпатии
365
Адрес
СПб
#10
Глава ФСКН насчитал в России 7 млн наркоманов


В Международный день борьбы с наркоманией руководитель ФСКН Виктор Иванов заявил, что число наркоманов в России увеличилось, по сравнению с советскими временами в 146 раз. Опрошенные эксперты сомневаются в том, что статистика антинаркотического ведомства соответствует действительности.

«В конце 1980-х количество наркоманов исчислялось цифрой в 50 тысяч человек. Можно сказать, что наркомании не было. Сегодня их 7,3 миллиона», — заявил Иванов, отметив, что в последнее время наметилась тенденция к снижению численности. Он подчеркнул, что смертность от наркомании снижается благодаря деятельности его ведомства.

Представители системы здравоохранения, однако, приводят гораздо меньшие цифры. «В России порядка 700 тысяч зарегистрированных больных наркоманией», — заявил Би-би-си главный нарколог минздрава Евгений Брюн. По его словам, и эта цифра не конечна и ее следует умножить примерно в два с половиной раза, чтобы учесть тех, кто не обращается за помощью к медицине.

Брюн предположил, что цифры ФСКН учитывают потребителей, пойманных хотя бы раз на употреблении наркотических веществ. «С научной точки зрения это не совсем верно, аналитики ФСКН на нижнем уровне неправильно считают», — заявил Брюн. Он напомнил, что гораздо острей в России стоит проблема алкоголизма – зарегистрированных алкоголиков в стране 3 миллиона и как минимум 10 миллионов злоупотребляют алкоголем.

Деньги освоить «не смогли».

Активисты негосударственных организаций сомневаются и в медицинской статистике. «Я сама раньше занималась оценкой численности потребителей и это достаточно сложное исследование для того чтобы адекватно оценить это число», – заявила Би-би-си Анна Саранг, руководитель «Фонда содействия защите здоровья и социальной справедливости имени Андрея Рылькова», занимающегося защитой прав потребителей наркотиков.

«Нельзя просто умножить на 10 или на 20 число поставленных на учет наркоманов. Это эпидемиологические исследования по оценке численности и у нас они несерьезно поставлены», — утверждает Саранг. Надежным опросам мешает закрытость и криминализированность этой социальной группы. «Для того, чтобы вывести этот коэффициент, надо проводить исследования. Насколько я знаю, ФСКН выделялись деньги на подобные исследования, но они не смогли их освоить», — говорит она.

Саранг отвечала на вопросы Би-би-си во время пикета, который проводили активисты фонда у здания ФСКН. Акция была приурочена к Международному дню борьбы с употреблением наркотиков и наркотрафиком, который совпал с Днем солидарности с жертвами пыток. Пикетчики призывают к гуманному отношению к тем, кто потребляет наркотики.

Впечатляющие успехи ФСКН?

В своем выступлении в пятницу глава ФСКН привел несколько впечатляющих цифр, демонстрирующих успехи его ведомства в борьбе с контрабандой наркотиков. Так, по его словам, в Таджикистане осенью 2014 года было конфисковано 500 килограммов героина, шедшего из Афганистана в Россию, а в далекой Перу ФСКН нашло 300 килограммов кокаина, который был спрятан на танкере, принадлежащем российской компании и отправлявшимся в США.

Подтвердить эти заявления по независимым каналам не удалось. Антинаркотическое ведомство Таджикистана не получало сообщений о задержании такого, рекордного даже для таджикской реальности, объема наркотиков. Единственное упоминание о танкере в Перу удалось найти на испаноязычной ленте российского государственного агентства «Спутник», освещавшего сегодняшнее выступление Иванова.

Виктор Иванов известен яркими выступлениями, иллюстрирующими угрозу наркотиков. Так, в апреле этого года он утверждал, что так называемые спайсы, синтетические наркотики, могут быть использованы для организации «цветных революций». Ранее глава ФСКН заявлял, что в демонстрациях на Киевском Майдане участвовали наркозависимые, которых «тоталитарные секты подсадили на метадон».


Метадон – вещество, используемое во многих странах для так называемой заместительной терапии среди наркоманов – давно нервирует российское антинаркотическое ведомство, и в России оборот метадона полностью запрещен.

Метадон используют и в лечении наркобольных и на Украине. После перехода Крыма под контроль России метадоновые программы на полуострове были свернуты.

Источник: bbc.com